Три... экстрима (2004) смотреть онлайн

6.605
7
0 0
Фильм состоит из трех новелл. Киоко - знаменитая писательница и красивая женщина, но ведет одинокий образ жизни. Она не может никому открыть свое сердце. Когда Киоко была ребёнком, с ней случилось что-то страшное (новелла «Ящик»).

Ни одна женщина не сможет устоять, если ей представится возможность омолодиться, а Цин может себе это позволить. Бывшая звезда телевидения вышла замуж за знаменитого богача и обречена на то, чтобы ее мечта сбылась. Она знакомится с таинственным поваром Мей, которая готовит ей пельмени по особому рецепту (новелла «Пельмени»).

Рю Цзи-хо - преуспевающий кинорежиссер - богатый, уважаемый, талантливый, симпатичный и добрый по своей природе, счастлив в браке. Вернувшись однажды домой, он обнаруживает там совершенно незнакомого человека. Этот незнакомец - актер массовки, на которого Рю никогда не обращал внимания (новелла «Снято»).
Смотреть онлайн
Три... экстрима (2004)
многоголосый закадровый
HDRip
Рецензии:
  • Три…Экстрим первый. Коробка. Творец - Такаси Миике. Япония. Цвета: синий и красный. Пламя и лёд. Сон всегда один и тот же. Целлофан сковывает члены, рот жадно глотает исчезающий кислород, откуда-то сверху слышны глухие удары - это мерзлая земля падает на крышку коробки. Пробуждение не несет облегчения, кошмар плавно перетекает в явь, укутывает с головой словно тот плотный вискозный материал. Страх родом из далекого прошлого, где осталась неразделенная любовь и оплавленная коробка. Такаси Миике не слишком заинтересован фабулой, его история проста как мелодия из шкатулки, визуальна до последнего кадра и трагична по сути своей. Пламенное прошлое не отпускает, раскаяние за содеянное зло преследует в ледяном настоящем - призраки не прощают предательств. Миике в первую очередь художник-символист, и его коробка, что-то вроде погребальной камеры души, усыпальницы греха. Скитания запуганной героини, убившей в детстве собственную сестру из ревности к похотливому не то отцу, а не то отчиму, скорее походят на нескончаемый делирий, нежели реальные события. И Миике рассказывает эту историю на языке кошмара, где пламя съедает старенький цирк, а тесная коробка поглощает согнувшуюся в три погибели девушку, чтобы утром снова выплюнуть её на измятое покрывало холодной постели. Экстрим второй. Пельмени. Творец - Фрут Чан. Гонконг. Цвет красный. Нежное мясо. Годы неумолимы. Известная в прошлом актриса не в силах смириться с надвигающейся старостью. Что делать, если ты уже вступила в ту пору жизни, когда на коже появляются первые морщины, но тело все еще жаждет страстного соития? Любимый мужчина уже нашел себе утеху моложе, задорные подруги больше походят на клуб почтенных дам...неужели это конец? Новелла Фрут Чана явилась из взрощенной на суевериях городской легенды об омолаживающей силе мяса человеческих эмбрионов. Это не фильм ужасов, но история женщины, которая не может отвыкнуть от света софитов и готова на любой шаг, лишь бы не стареть. Сжатый хронометраж явно помешал режиссеру раскрыть характер главной героини и рассказать эту историю целиком. Позднее Фрут Чан выпустит полную версию 'Пельменей', послевкусие после которой будет куда более полным. Экстрим третий. Снято! Творец - Пак Чхан Ук. Корея. Цвет синий. Фильм в фильме. Практически сразу после 'Олдбоя', Пак Чхан Ук решил поиронизировать над самим собой. Его история в этом альманахе стоит особняком, как полная патетики притча о 'плохих' и 'хороших' людях, где первые всегда плохие потому, что бедные, а вторые, соответственно, наоборот. Странный контекст о социальном неравенстве вписан в декорации роскошного дома, обставленного с элементами кичта и гротеска. Мотивация маньяка, загнавшего двух 'хороших' людей в смертельную игру, подчас совершенно нелогична, ровно как и поведение жертв отдает идиотизмом. Но это только игра, потому, что коробка Чхан Ука гораздо больше, в неё помещаются сразу несколько характеров, отчетливо проявляющихся в стрессовой ситуации. А отрубленные пальцы, прокусанные сонные артерии и задушенные дети - это все самоирония, или самоцитата, кому как больше по вкусу. Стоп! Снято! Стильно снято!
  • The box. Dumplings. CutВторая бессонная ночь. Когда я закрываю левый глаз, в правом вижу сны. Когда оба глаза открыты - различать реальность и сны просто невозможно (поэтому я стал пиратом). Я обещал себе лечь спать, свалиться на диван и отложить все до завтра. Люблю нарушать обещания. Половина твоего лица похожа на зияющую дыру, из которой вытекает все твое сознание. Ты смотришь фильм со своей знакомой через Skype, знакомая ведает тебе о желании съесть кусочек человеческого мозга. Тебя хватают за шиворот и швыряют в сугроб. Твою шею сжимают, и голова, спокойно и плавно, плюхается в тарелку с пельменями. Тебя высовывают, во рту еще чувствуется соленый привкус теста. Пока на экране не перестанут мелькать картинки, тебя будут бить о фортепиано. Каждый удар головой - фортепиано выплевывает истеричный секундный стон. Каждый вскрик фортепиано - новая заплатка на трещине, из которой сочится твой рассудок - серая масса, в которой размешана радуга. Интересно, может ли фортепиано достигнуть оргазма? Ядовитые белые иероглифы плавают во тьме. Хотел бы досмотреть титры, но усталость берет над тобой вверх и отправляет в нокаут, твои веки, уши, члены. Я заснул в кресле. The box. Самая глубокая история в Saam gaang yi. Снежная пелена скрывает все, оставляя перед тобой небольшой островок видимости. Новый шаг - остров меняется. Мороз притупляет нервы, снежинки, как маленькие сюрикены, врезаются в твои щеки, лоб, глаза, царапают руки. Не пытайся что-то понять, не пытайся гадать или предугадывать. Каждый раз, когда героиня будет просыпаться в кровати и жадно глотать воздух, ты будешь обманут. The box - это коробка, в которой есть коробка, в которой есть коробка, et cetera... Каждый раз, когда на нее накинут пластик, ты будешь выплывать на один ярус подсознания выше, пока не придешь к настоящему. Но даже в тот момент, ты будешь думать, что все это все лишь сон, который разбили, а его измельченные осколки рассыпали в пустоте. Частицы сна стали снежной бурей. Ее крупинки - отдельным минималистичным сном. Dumplings. Единственная история, которая понравилась моей знакомой. Что бы вы отдали за молодость, красоту, гладкую бледную кожу, отражающее солнце, за чистый, не сдавленный, как стопка блинов, лобок? Всё. Пельмени. Внутри их теста окисляются в собственном соку мертвые зародыши, извлеченные из лона отказавшихся от них матерей. Завернутые в мучное одеяло, кровавые комочки младенческой плоти и крови будут принесены на жертвенный алтарь. Но даже для Цин это будет эквивалентом самосожжения ради заветного омоложения, которое будет требовать все большую и большую цену. Cut! Мне никогда не нравился Пак Чхан Ук. Не понравился и в этот раз. Снято, и все тут! Думал уж, что все это просто съемки очередного фильма. Наверное, главный герой истории думал о том же самом, когда душил ребенка. Минутное просветление возвращало его к реальности, и он ослаблял свою хватку. Ребенок заглатывал спертый воздух, в мучительном ожидании окончания этого фарса, устроенного его отцом. ...иииИИИ, СНЯТО! *Аплодисменты медленно повисают в воздухе*
  • В коридорах безысходностиКазалось бы, безупречный рецепт: хочешь понырять в ледяной проруби ужасов - налегай на фильмы с восточным лейблом. Но иногда он подводит. Например, если неофит перепутает полки и выберет не очищенный от примесей продукт, а сложносочинённый, с привкусом авторского кино. 'Три... экстрима' - проект в такой же степени амбициозный, как студент первокурсник с периферии. Шокировать зрителя своими придумками взялся не один искусник, собаку съевший на демонстрации в кадре отрубленных конечностей, а сразу ансамбль азиатских демиургов. В киноальманахе каждому достался свой надел синефильской землицы, где можно замутить нечто этакое: с кровищей, инцестами и прочими невинными пакостями. При этом троица, видимо, запамятовала, что новелла - дамочка крайне требовательная. Снимать короткий метр, что ходить по канату: один неверный шаг - и в лучшем случае отделаешься синяками на профессиональной репутации. Открывает 'Экстримы' новелла Такаши Миике. В когороте талантов он замечен не был, в профсюз гениев взносы не платил, так что очередная неудача для него привычна, как для подростка утренняя эрекция. Зритель едва замечает, как титры с жирно намалёванным именем творца сменяются его же произведением. Герои с резвостью очумевшей мухи ползают по полям, которым нет конца и края, обречённо сопя, заворачиваются в бэушный целлофан. Задумав поразить историей о природе человеческой зависти, закрутившей в своём водовороте двух лисичек-сестричек, Миике быстро забывает о замысле. Вместо этого он распихивает по углам крохотного киномира красивые безделушки. С жадностью сороки, хватающей бусины, он не только украшает картинку в кадре, но и засовывает туда всё, чем славен азиатский кинематограф. Новелла всё больше напоминает смесь брюквы с морковкой: трюки с вывернутыми веками, как у Ким-Ки Дока, недоросли с набеленными лицами и спутанным хайером, как у Накаты. Вконец очумевший зритель ближе к финалу уже перестаёт различать, где персонажи барахтаются во сне, где действуют взаправду, где Миике снимает сам, а где нагло дерёт карту из чужой колоды. Фрут Чан, подписавшийся на вторую часть 'Экстримов', тоже не чужд заимствований. Правда, он действует умнее. Зачем подбирать за другими объедки? Надо умыкнуть чужие глаза. Нет, не так буквально, конечно. Он затаскивает в свою новеллу Кристофера Дойла. И дело в шляпе - что не покажешь в кадре, всё будет тип-топ. Хотя знаменитая приплясывающая камера нужна здесь не для того, чтобы придать обыденности толику поэтичности. Сермяжная правда жизни - вот рулевой Чана. Бичуя пороки зажравшегося общества, сам режиссёр следует строго по курсу мистера Рипли. Всё только самое-самое! Жизнь в его кинополотно старательно вдыхают талантливые наймиты, которые сочиняют картинку, укрощают магию звуков, двигают бровями и открывают рты. И зрители - вон те, что оторопели перед экраном - нет, они вовсе не шокированы. Просто просчитывают, где можно побыстрее найти адресок кудесницы, что стряпает омалаживающие кровавые пельмешки. Третьему из авторов - Пак Чхан-Уку, казалось бы, не занимать изворотливости - не зря же пахал на ниве кинокритики. Но - тщетны робкие надежды. Режиссёр предъявляет публике чрезвычайно запасливого маньяка, явившегося к жертве с чемоданом тряпок, жену-любовницу, с аппетитом впивающуюся в сонную артерию, невнятного заглавного персонажа. Но все они, скорее, чокнутые и смешные, чем пугающие. Загнав героев в комнату с синим потолком, без права на надежду, вдоволь поводив по чёрно-белым клеткам пола и даже подвесив на струнах, Чхан-Ук замирает в нерешительности. Ожидая, пока маэстро разродится свежей идеей, персонажи ведут тягучие диалоги: 'Ты богатый, а я бедный, ла-ла-ла-ла...'. А на кухне тихо урчит миксер, размалывая пальчики хорошенькой пианистки в кровавый коктейль... Очнувшись от столбняка, режисёр завершает новеллу финалом, от которого разит подгнившей финтифлюшностью. Всё здесь увязло в сложной машинерии декораций настолько плотно, что наружу не проскользнула ни одна живая мысль. Зритель, вероятно, надеялся, что его крепко возьмут за руку и будут водить по местам настолько мрачным, что душа замрёт от первобытного ужаса. Зато потом - раз! - и на поверхности в обнимку с катарсисом. Но здесь никакого просветления не обещают. В этих кордидорах безысходности, где каждый из режиссёров выложился лишь в полсилы, никакая свеча не поможет разогнать вездесущую копоть халтуры.
  • Кому пельмешек?Я всегда настороженно относился к азиатскому кино. Глубоко убеждён, что его создатели всегда стремятся подчеркнуть этакий восточный колорит, всё, мол, у нас другое, и кухня странная, и сами мы не в себе, её объевшись. Вместе с тем, я уже, кажется, писал где-то, что, в отличие от 99% собравшихся на кинопоиске, я не являюсь ни профессиональным режиссёром, ни оператором, ни актёром, посему не считаю своим долгом и возможностью оценивать их работу в стиле 'игра актёров была невыразительна, но всё спасли гениальные решения оператора постановщика' (чуете, как мало смысла в этой фразе? во-во), поэтому всё, что смотрю, оцениваю сугубо и исключительно с обывательских позиций 'понравилось\не понравилось', 'впечатлило\не впечатлило'. Ничего я не понимаю в игре актёров, в работе оператора и находках режиссёра, ну кроме уж совсем явной лажи, скрытого глубинного смысла в фильмах не ищу. Так вот с позиций впечатлило/не впечатлило: да конечно же, блин, впечатлили клёцки. Чрезвычайно эффектно сие смотрится на фоне спокойно и мягко, буднично развивающегося сюжета. А азиаты - они такие азиаты, ведь женщина-то, не прекращает их кушать даже после того, как узнаёт. Ну мяско и мяско. Вкусно же - и не стареешь вроде как. Ценю подобные фильмы за то, что с самого начала понимаешь: что-то здесь не так, всё как-то слишком ровно, должен быть подвох. И подвох находится. Первая часть фильма - скорее созерцательная, переполненная японскими символами, даже, я бы сказал, японским миропониманием. Спрятать всё в ящик - и нет проблем. Серия про киносьёмки выпадает из общего ряда. То ли юмор, то ли не юмор, диалоги в духе бразильских сериалов из разных углов комнаты, но в том же составе. В общем, когда начинают, наконец, отрубать пальцы, уже давно хочется выключить. К счастью, всё лучшее к этому моменту уже увидено.
  • Азиатская «Клюква»Садясь смотреть этот фильм, я рассчитывал увидеть пусть и банальный, но не лишенный шарма «азиатский» Ужастик. В духе Звонка и проклятий. Как же я ошибся, под видом фильма ужасов эти три маститых режиссера подсунули мне калейдоскоп азиатской «клюквы». Как Американский или европейский массовый зритель хочет видеть о России только: Ушанка, балалайка, водка, медведь. Так и об Азии они хотят видеть только извращения, убийства, шокирующую кухню. Помните такой старый документальный фильм «Шокирующая Азия»? Но только почему то подогнанный под моду на азиатские фильмы ужасов. Первая работа, не что иное, как драма о запретной любви, и том какие она наносит травмы неокрепшей детской психике. Все было бы хорошо и красиво, будь у режиссера больше экранного времени и не было рамок фильма ужасов. Именно страшные элементы начисто портят всю атмосферу данного не стандартного и красивого кино. Второй фильм, типичная тема, поднимаемая в сети и в газетах по поводу ужасов Азии. На удивление к этой новелле у меня меньше всего претензий, не удивительно, что автор потом развил эту идею до «полного метра». Все четко, реалистично и жутко для тех кто узнает об этом факте впервые. Третья новелла вызывает самое большое расстройство, как режиссер такого фильма как «Олдбой» мог снять такую откровенную халтуру? Ни грамма саспенса ни толики динамики. Сюжет дергается и буксует от триллера к гротеску и черному юмору. Вот опять хитрые дельцы кинобизнеса ловко подкинули недоделанный продукт под маркой «азиатский фильм ужасов». И судя по оценкам, лента нашла своего неискушенного зрителя, который согласен потреблять подобную «клюкву» о любой не известной ему стране.

Три... экстрима (2004) смотреть онлайн бесплатно

  • Просмотр онлайн
  • Трейлер
После просмотра Три... экстрима (2004) обязательно оставляйте комментарии
Прокомментировать
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent
Введите код с картинки:*
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
все шаблоны для dle на сайте шаблоны dle 11.2 скачать